Джаз в новой России: 1991-2000

Материал подготовлен для готовящейся к изданию Джазовой энциклопедии

Предыдущая глава

РОССИЙСКАЯ ДЖАЗОВАЯ ЭМИГРАЦИЯ
Процесс оттока музыкантов из России на протяжении постсоветского десятилетия был активным, пожалуй, не меньше, чем в 70-80-е гг. Но теперь он приобрел новые мотивы - эмиграции не столько политической, в поисках некоей абстрактной большей свободы творчества, сколько экономической (в поисках более стабильной и денежной работы) либо же профессиональной, в стремлении к более высокому профессиональному уровню, качественному музыкальному образованию... Многие из эмигрантов начала 90-х уже достигли достаточно заметных успехов в стране пребывания - даже в США, где конкуренция невероятно высока. Достаточно назвать два примера - недавних выпускников Гнесинского института (ныне - Российская академия музыки им. Гнесиных) трубача Александра Сипягина и контрабасиста Бориса Козлова. Попав в Нью-Йорк, оба они через несколько лет оказались в составе лучшего биг-бэнда США конца 90-х - Mingus Big Band и в высшей степени загружены как приглашенные музыканты. В то же время часть российских джазовых эмигрантов вернулась в Россию (Игорь Бутман, Анатолий Герасимов) или более-менее регулярно приезжает с концертами (Валерий Пономарев, Виктор Двоскин...) Интересен и феномен довольно поздней эмиграции - так, заслуженный артист РФ саксофонист Николай Панов переселился в Атланту (США) в 1999 г. В целом говорить о каких-то серьезных изменениях в количественном и качественном измерении джазовой эмиграции трудно, нужно лишь учитывать изменение побудительных мотивов и тот факт, что эмиграция больше не является прыжком в неизвестность с зажмуренными глазами и без надежды вернуться (поскольку эмигрант более не считается автоматически предателем Родины).

Следующая глава обзора

главная страница
оглавление обзоров

главная страница